Фильмы Тодда Солондза, как и лучшие из картин Вуди Аллена («Манхэттен», «Энни Холл», «Воспоминания о Звездной Пыли»), практически невозможно затолкать в тесную жанровую клетушку; на скользкое и неуловимое их запястье никак не удается прицепить бирку. «Счастье» — это, кажется, вовсе комедия, однако местами фильм убийственно смешон. «Счастье» — это вроде бы и не драма, однако острота конфликтов в ней с легкостью даст фору бритвенному лезвию. «Счастье» — это все и ничего; это вода, которая плещется в бесформенном сосуде, каждые несколько минут меняющем свои размеры и очертания; это поезд, который сам для себя строит рельсы и сам же по ним катит; это тропический ливень посреди зимы и снегопад в разгар июльского дня. «Счастье» — это именно то кино, которое и должно было вырасти на обломках минувшего столетия, на рулонах израсходованной пленки и на осколках изношенных кинокамер. «Счастье» — это один из тех немногочисленных фильмов, кассетами и дисками с записью которого не стыдно выложить черту, разделяющую ушедший киновек и киновек пришедший…

Дифирамбы эти не означают вовсе, что Солондз снял гениальное кино. «Счастье» — очень умный, ироничный, жесткий, смелый и яркий фильм, ни одной из своих сорока проворных ножек на территорию, забором обнесенную и табличками «Осторожно, шедевр!» утыканную, не заступающий. Оно ему, впрочем, и не надо: забор-то, как известно, под напряжением. Вряд ли «Счастье» перенесло бы без существенных для себя потерь удар высококазуальной славой. С десяток бы самых шаловливых и смелых ножек уж точно бы парализовало. Сложно представить себе, что бы осталось от двух с гаком часов экранного времени, если бы Солондз, снимая фильм, держал в уме «Оскар». С другой стороны, «Счастье» ни на секунду не пытается притвориться фестивальным арт-хаусом, ни разу не принимает характерную для претенциозного кинематографа позу брезгливого безразличия, не надувается высокомерно интеллектуальными диалогами и понятными лишь самим авторам аллюзиями.
[читать дальше →]

Очередной чудесный образчик того, как с помощью кучки звездных актеров, бестолкового сценария и режиссера-ремесленника можно взять и превратить двадцать пять миллионов долларов в кучу говна. У меня давно уже сложилось впечатление, что голливудским дельцам надо писать не книги из серии «Как снять фильм и заработать миллиард» (это всем давно и без них известно — взять и скомбинировать в произвольном порядке несколько штуковин из следующего списка: пафос, космический корабль, взрыв, огромный робот и Джонни Депп), а «Как удержать себя от покупки книги “Как снять фильм и заработать миллиард”».

Каждый день приблизительно у сорока типчиков, прознавших, как снять фильм и заработать миллиард, в голове рождается идея: «А напишу-ка я смешной сценарий про Семейные Ценности, Любовь и Преодоление Сложностей, позову Антонио Бандераса, вон ту милую цыпочку, которая так мило сыграла в “Когда Гарри встретил Салли” (в молодости смотрел! смеялся!), туда-сюда, а пока сниматься фильм будет, закажу себе заранее брильянтовый унитаз и личный самолет». Три четверти этих субъектов отказываются от гениальной идеи, обнаружив, что в конце книги телефона Антонио Бандерса нету, а есть только лишь номер счета автора с просьбой прислать доллар, если книга понравилась, и полдоллара — если нет. Пятеро находят телефон Бандераса но, начав разговор с его агентом, вскорости понимают, что если они дослушают цифру гонорара до конца, то придется закладывать машину и дом, чтобы расплатиться за телефонный счет. Еще четверо, будучи не в силах себя сдержать, тратят отложенные на съемки фильма деньги на увесистый том «Как написать книгу и заработать два миллиарда». А один берет и снимает фильм «Новый парень моей мамы».
[читать дальше →]

То ли я впадаю в сентиментальный маразм, то ли «Спайдервик: хроники» Майка Уотерса (брата, кстати говоря, Дэна Уотерса, того самого, который написал сценарий к «Бэтмен возвращается» Тима Бертона и фильму молодости нашей, «Разрушителю» с Сильвестром Сталлоне) и впрямь приличное вполне кино. В пользу первой версии говорит то, что единственный виденный мной ранее фильм Уотерса М. — молодежная комедия «Чумовая пятница» (Freaky Friday, 2003) — был довольно уныл и желания рассказывать о нем, восторженно размахивая руками и повторяя время от времени «ох, бля» и «ух ты!», не вызывал. В пользу же версии второй говорит то, что «Спайдервик: хроники» желание вышеописанное очень даже вызывает.

В целом, если рассматривать картину эту с сугубо кинематографической точки зрения, то шедевром ее окрестить рот ну никак не открывается. Немало в фильме развешенных по стенам ружей (пожалуй, впрочем, не ружей, а револьверов), которые почему-то вообще не стреляют. Есть, наоборот, такие, которые стреляют совсем не так, как того от них требуют законы природы: маленький ТТ лупашит что твоя гаубица, а здоровенная базука выплевывает пластмассовые стрелы с присосками. Совершенно топорно обыгран обязательный для подобных фильмов элемент семейной драмы. От развязки километров на пять разить клеем «Момент», которым в спешном порядке были склеены в пучок все бесхозные сюжетные нити (может, впрочем, им провоняло все из-за загадочного пакета, который последние дни трудов своих ратных частенько надевал на голову сценарист). Клеймить слабые места картины можно, в общем, довольно долго. Удивительно вовсе не то, что они, места такие, есть; удивительно то, что, несмотря на их явное присутствие, кино получилось вполне пристойным. С изюминкой своей, шармом и тем самым «уууух!», которое мы всегда ждем от сказки.
[читать дальше →]

Как-то совершенно неожиданно обнаружилось, что и в наше нелегкое для кино время есть в природе личности, способные одним касанием превращать говно в конфеты. Рвите меня на части, пихайте в меня плюшевых медведей, делайте что угодно, но алхимию процесса я постичь не в силах. На входе есть сюжет, заношенный, как домашние штибелты моей бабки; актеры, которые, вроде бы не совсем буратины, но к древесно-стружечным материалам отношение определенно имеют, ну и в довершении всего режиссер под стать штиблетам и дровам. Что, по логике вещей, должно получиться на выходе? Правильно, получиться должна куча говна с торчащими во все стороны опилками и стружками.

Вот тут-то и появляется Джадд Апатов с пилой, молотком и рубанком. Тычет во все это дерьмо пилою, возюкает по нему рубанком и колотит молотком. Бац! И вместо ежика из говна и опилок получается вполне пристойное кино. Что происходит во время странной этой трансмутации, и какие колдовские силы приписаны к апатовской пиле, постичь мне не дано. Но против фактов не попрешь: и «Сорокалетний девственник» (The 40 Year Old Virgin, 2005), и «Немножко беременна» (Knocked Up, 2007), и «SuperПерцы» (Superbad, 2007), да и вообще все фильмы последней пятилетки, к которым Апатов прикладывал свои инструменты (и в статусе режиссера, и продюсера) получались на удивление симпатичными.
[читать дальше →]