В настоящее время наиблагороднейшие типчики из компании Shout! Factory издают в рамках серии Roger Corman’s Cult Classics лучшие из тех фильмов, к которым старичок приложил свою морщинистую руку. Вот, собственно, трейлер этой исключительной прелести:

— Роджер, вы удивлены тем, что ваши фильмы до сих пор популярны, в том числе и среди молодой аудитории? Что позволяет им достучаться до зрительских сердец?

— Я удивлен, естественно. Когда мы снимали эти фильмы, мы не думали, что делаем их на века. Мы думали, что вот сейчас снимем их, пройдет парочка лет и потом — по всяческим причинам — они будут забыты и помрут. А ведь они и по сей день продолжают шевелиться и дышать. Совершенно не понимаю, как это так выходит. Возможно из-за универсальности поднятых нами тем: например, «Смертельная гонка 2000 года» (Death Race 2000, 1975), один из самых успешных наших фильмов, посвящен вещам, которые актуальны и для современного общества. А вот, скажем, «Пиранья» (Piranha, 1978) — совершенно универсальный хоррор.

— Ваши фильмы, несмотря на то, что многие называют их трэшем, оказали серьезное влияние на голливудский мейнстрим. Как вы считаете, какие из ваших картин чаще всего подвергались эмуляции со стороны голливудских киноделов?

— Вот такого у меня еще никто никогда не спрашивал…

— Ого, круто, мы спросили у вас такое, чего еще никто никогда не спрашивал!

— Раз уж мы заговорили о «Пиранье», пожалуй, назову в первую очередь ее. Именно благодаря ней стало понятно, что снимать фильмы про таких чудищ можно было и с умеренно-средним бюджетом. Это была не малобюджетка, но и не крупнобюджетный фильм — это снятый за разумные деньги фильм, который идеально вписался в свою аудиторию. Он был весьма успешен в момент своего выхода, и даже по сей день его продолжают крутить по кабельному, и он славно продается на DVD. Каждый год нам со всех уголков Земли поступают за него отчисления, разумеется, такой долгоиграющий успех не мог не породить фильмов с участием подобных нашим рыбкам созданий.

— Когда кто-то произносит имя «Роджер Корман», люди немедленно представляют себе огромное количество сделанных вами фильмов. Какие бы из своих работ вы посоветовали этим людям для того, чтоб они получили наиболее правильное о вас представление?

— Ну, если речь идет о фильмах, которые я сам снимал, то, пожалуй, это навеянная рассказом Эдгара По «Маска красной смерти» (Masque of the Red Death, 1964), потом, пожалуй, «Человек с рентгеновскими глазами» (X: The Man with the X-Ray Eyes, 1963). И, наверное, первый голливудский фильм с Уиллом Шетнером — «Нарушитель» (The Intruder, 1962). Это картина о расовой интеграции на американском юге. Если же речь о фильмах, которые я продюсировал, то, назову, пожалуй «Пиранью» и «Смертельную гонку 2000 года».

— Мы тут недавно прочитали, что кто-то сказал, мол, одной из причин того, что вам дали почетного «Оскара» было то, что вы занимались дистрибуцией фильмов таких режиссеров, как Бергман, Феллини, Херцог. Расскажите-ка нам обо всем этом поподробнее?

— В 70-м году я основал компанию New World Pictures, она должна была заниматься дистрибуцией и производством малобюджетных фильмов. Старт был крайне удачен: первые пять выпущенных нами фильмов прокатились крайне успешно. Очень скоро мы сделались одной из самых независимых американских кинокомпаний. Так вот, я всегда восхищался европейским авторским кинематографом и считал, что в США он представлен крайне скупо. Их американской дистрибуцией занимались либо крохотные фирмы, состоящие не столько из профессионалов, сколько из преданных искусству любителей, либо крупные компании, которые не вполне представляли, как правильно подавать кино подобного рода. И вот в голове моей сошлись две удачных мысли: я захотел расширить за счет дистрибуции подобных картин сферу деятельности New World Pictures, и страсть как возжелал помочь мои любимым европейским кинорежиссерам. Я решил донести их фильмы до широкой американской аудитории. Хотя, разумеется, это не был акт благотворительности: я вовсе не собирался терять на этом деньги. С другой стороны, я понимал, что огромных доходов от этих фильмов мне не собрать. Я просто хотел покрыть все издержки, ну и, может быть, сделать хоть какой-то профит. Я сказал тогда: «Это то, чем я хочу заниматься. И до тех пор, пока это не станет приносить убытки, я этим заниматься буду». Так оно и вышло. Мы даже получили в итоге неплохую прибыль.

— Уже двадцать лет прошло с того момента, когда вы последний раз сами снимали фильм. У вас не возникало желания вновь возглавить съемки? Мы бы все были чертовски рады этому.

— О, иногда возникало! Но как только я поднимался с кресла, желая приступить к работе, мои несчастные кости немедля начинали жаловаться и ныть. И тогда я говорил себе: «Я, пожалуй, еще чуть-чуть побуду продюсером».

— Нам очень нравится ваш цикл по мотивам произведения Эдгара Алана По. И больше всего, пожалуй, «Проклятый дворец» (The Haunted Palace, 1963). Как вообще такое получилось, что эта картина — снятая на самом деле по мотивам романа Лавкрафта «Происшествие с Чарльзом Декстером Вардом» — оказалась приписана к циклу фильмов по Эдгару По?

— Так решили дистрибуторы. Я-то снимал экранизацию книги Лавкрафта, однако ж, экранизации По продавались столь успешно, что дистрибуторы решили и к этому фильму прикрутить название одной из его книг. Ну и занесли его в соответствующий цикл. Я всегда чувствовал, что есть в этом поступке намек на жульничество, однако ж дистрибуторы правили бал — они имели право называть и продавать фильм так, как им того хочется. И ведь в итоге-то фильм оказался крайне успешным, так что, пожалуй, дистрибуторы были правы.

— А вы любите Лавкрафта?

— Да, он очень хорош. Пожалуй, Эдгар По был писателем более талантливым. Но в плане важности для жанра ужасов Лавкрафт занимает следом за ним вторую позицию. Ну, это, конечно, если отбросить современных авторов вроде Стивена Кинга.

— Будучи преданными почитателями хоррора, нам до смерти охота узнать, каково это было, работать с Винсентом Прайсом.

— Он был чертовски хорош. Когда я снимал «Дом Ашеров» (House of Usher, 1960), я с самого начала был уверен, что именно он должен сыграть Родерика Ашера. Родерика должен был сыграть умный, образованный, культурный и при этом крайне чуткий человек. И Винсент идеально сочетал в себе все эти достоинства. Я понял, что сыграть эту роль сможет он и только он еще тогда, когда только продумывал идею для сценария. Ну, а когда сценарий этот я написал, я связался с Прайсом, вручил ему финальный вариант текста и предложил ему роль. Винсенту сценарий понравился, и предложение он с удовольствием принял. Мы с ним отлично поладили и впоследствии сняли совместно еще пять или шесть картин.

— Фильм «Смертельная гонка 2000 года» был несколько лет назад переснят пару лет назад как «Смертельная гонка» (Death Race, 2008) с Джейсоном Стэтхэмом в главной роли. Фильм изрядно отличался от оригинальной версии. Судя по всему, грядущий ремейк «Пираньи» тоже будет довольно далек от оригинала. Возмущают ли вас подобные трактовки ваших картин, или же вы, напротив, получаете удовольствие, наблюдая за тем, как новое поколение творческих кинематографистов переосмысляет ваши фильмы?

— «Смертельная гонка» — хороший фильм, однако ж, это чистой воды экшн. А оригинальная «Смертельная гонка 2000 года» была названа самым лучшим фильмом категории «Б» всех времен и народов. И я думаю, что этот титул она заслужила благодаря комплексному сюжету — в нем были и политические комментарии, и юмор, и все это было приправлено изрядной порцией экшна. Ну, а создатели ремейка выкинули эти политические ремарки и юмор, сконцентрировавшись на мочилове. Хотя, конечно, они имели полное право это делать — с коммерческой точки зрения это решение было, наверное, правильным. Но при этом я продолжаю думать, что оригинал, со всеми этими вот юмористическими и политическими штуками, был куда как более целостным и интересным фильмом.
— То есть, вы разделяете подход Дарио Ардженто? Сейчас в работе находится ремейк его «Суспирии». И, комментируя это события, Ардженто сказал: «Валяйте, делайте. Все равно все будут знать и помнить именно мой фильм».

— Да, пожалуй, разделяю.

— Мы слышали, что студия Universal пыталась засудить вашу New World Pictures за то, что вы своей «Пираньей» спародировали спилберговские «Челюсти». Но потом якобы Спилберг посмотрел ваш с Данте фильм, и он ему понравился. Это действительно так?

— Я слышал эту историю, но понятия не имею, правдива они или нет. У меня есть некоторые сомнения, однако если дело обстояло именно так, то я вполне доволен.

— Мы были буквально зачарованы фильмом «Берта по прозвищу Товарный Вагон» (Boxcar Bertha, 1972), и в особенности историей о том, как ваша жена выследила настоящую Берту Томпсон в Сан-Франциско и проникла к ней в отель, чтобы заполучить права на съемку. Вы можете рассказать нам что-нибудь об этой истории?

— Я поставил и спродюсировал фильм «Кровавая мама» (Bloody Mama, 1970), он был посвящен Мамаше Баркер и ее банде (Мамаша и ее сынишки были в 30-х видными гангстерами, терроризировавшими южные штаты). Картина была весьма успешной, и от меня потребовали еще один фильм на подобную тему. Аккурат в промежуток времени между тем, как я закончил «Кровавую маму» и получил вышеозвученное предложение, я организовал собственную компанию New World Pictures. Так что я сообщил заказчикам, что снимать для них ничего не буду, ибо не хочу делать фильмы для других студий, имея свою собственную, однако пообещал, что спродюсирую их картину. Моя жена Джулия порылась в библиотеках, и отыскала книгу «Берта по прозвищу Товарный Вагон». Она идеально подходила для этого дела. Среди развала режиссеров я подобрал одного, молодого и безызвестного, снявшего на тот момент один-единственный черно-белый и напрочь андеграундный фильм, и усадил его в режиссерское кресло. Парня этого звали Мартином Скорсезе, и с задачей своей он справился блестяще. Картина получилась очень приличной.

— Правда ли, что представители студии-заказчика после первого же дня съемок решили уволить Скорсезе? Что случилось? Как вам удалось их отговорить?

— Я всего лишь сказал им, что они ошибаются, и что этот парень все сделает так, как надо. На самом деле, я думаю, что они просто хотели выпереть Марти, и усадить-таки в режиссерское кресло меня. Ну, а мне совершенно не хотелось ничего режиссировать, да и я искренне был уверен — и время показало, что я не ошибся, — что Марти с задачаей справится.

— Вы смотрите много фильмов? Кто из нынешних режиссеров привлекает ваше внимание? А какой фильм? Был ли кто-нибудь, с кем вам так и не удалось поработать, и вы сейчас об этом сожалеете?

— Квентин Тарантино рассказал мне, что ошивался вокруг моей студии в Венисе, надеясь встретить меня где-нибудь на тамошних дорожках и получить работу. Эх, вот с ним мне бы хотелось поработать. Ну, а что касается фильмов, я пару недель назад посмотрел «Начало» Нолана. Это очень хорошая картина. У меня есть кое-какие сомнения касательно сюжетной линии, но вот то, как фильм этот был сделан, техническая его сторона… а вы смотрели этот фильм?

— Да. Развлечение высшей пробы.

— С технической точки зрения фильм просто потрясающий.

— И напоследок самый важный вопрос, мы его специально оставили на конец. Заборет ли Акулозавр Акулоосьминога?

— Схватка обязательно состоится. Мне тут даже рассказали, что какие-то фанаты сделали сайт с петицией снять-таки фильм «Акулозавр против Акулоосьминога». Собственно, фильм про Акулоосьминога выйдет после 25-го сентября сего года, и ежели он окажется успешен, то мы прямо тогда и начнем снимать фильм про эпическую схватку между акуломонстрами. Ну, а насчет того, заборет или нет — Бог его знает. Думаю, что скорее всего победит Акулоосьминог, ибо у него оружие помощнее, чем у Акулозавра. А, может, они и вовсе прикончат друг друга.

09.08.2010

© Кинопокалипсис.Ру, 2010. | Интервью с Роджером Корманом | один комментарий | Раздел(ы): персонажи